Сортавала - Санкт-Петербург День3. Водные окрестности острова Койонсаари

#ДОКАТИЛАСЬ


План на день был расплывчатым: исследовать окрестности с воды. Позавтракали вермишелью с грудинкой и сливками (а-ля карбонара, которую не стоит показывать итальянцам). Свернули лагерь и снова на штурм уже знакомой дороги — на этот раз до базы отдыха, где нас ждала забронированная заранее байдарка.

Сама байдарка при ближайшем рассмотрении напоминала длинную неуверенность в себе. Спустили на воду. Первая эмоция — не восторг, а чистый, ничем не разбавленный страх. Плавать-то я умею, но вот это дно в полметра шириной вызывало стойкое ощущение, что вот-таки сейчас перевернёмся. Минут тридцать ушло на то, чтобы уговорить себя, побороть панику и наконец разобраться, кто здесь главный в этом тандеме — мы, весла или течение. Гребёшь справа — кружим налево, пытаешься подправить слева — вкручиваемся в берег. Казалось, мы обречены вечно ходить по кругу, как два слепых жука в огромной луже.

Но потом случилось чудо. Мы выплыли из бухты, и вода, наконец, приняла нас. Байдарка послушно заскользила, разрезая гладь, как масло. Скалистые острова, которые вчера были просто декорацией, встали вокруг настоящими исполинами, изрезанные древним ледником. Мы огибали один за другим, и каждый открывался новой гранью — где-то обрывался в воду отвесной скалой, где-то приютил на уступе чахлую сосну.

На один из островов решили высадиться. Причалили, зацепили байдарку с видом знатоков, будто делали это всю жизнь, и полезли наверх. Нам грезилось полное уединение, но остров преподнес сюрприз: на противоположном склоне мы заметили другую группу. К счастью, просторов хватило на всех. На самой вершине открывался вид, от которого перехватывало дух. Безграничные просторы Ладоги, где вода и небо сливались в единое молочно-голубое марево. Исчезла не только линия горизонта, но и всякая потребность её искать. Иногда не нужно понимать, где что начинается и заканчивается — можно просто сидеть на камне и чувствовать себя песчинкой.

Закончив думать о вечном, спустились к лодке и поплыли дальше, теперь уже в золотых лучах заката. Вода превратилась в расплавленное стекло, а мы будто парили над бездной. Побороздив ещё какое-то время, вернули байдарку на базу, забрали наших двухколёсных коней и вернулись на Койонсаари. Дальше — привычный ритуал: поставить палатку и приготовить ужин.

Засыпая, ловила себя на мысли, что даже самая неустойчивая байдарка в итоге оказывается надёжным кораблём, если не мешать ей плыть. И, кажется, этот принцип работает не только для лодок.

Уснули под луной.