29 июля. Чукотка снова решила сыграть по своим правилам.

Утро путешественника начинается просто: чай, рюкзак, несколько мыслей в голове.

После нескольких недель на Чукотке я уже понял главное правило: здесь нельзя строить слишком жёсткие планы. Можно купить билет, собрать рюкзак, прийти в аэропорт — а дальше решение принимает погода, наличие мест и иногда просто случай.

Сегодня решил с утра сходить в аэропорт. Вдруг получится попасть на подсадку и улететь в Угольные Копи, а оттуда — дальше путешествовать.

Алексей Викторович только улыбнулся:

— Сходи. Но у тебя, скорее всего, сегодня не получится уехать. Если что — поедешь со мной в столицу китобоев.

И вот я уже в аэропорту.

Местные разговаривают друг с другом что путешественники мешают улететь им. Ведь пытаются улететь домой уже несколько дней, кто-то приехал в гости и тоже не может попасть на самолёт. Подходят люди, спрашивают про места на подсадку — и слышат знакомое:

«Мест нет сегодня».

Люди, которые не попали на рейс, постепенно расходятся. Кто-то надеется на дополнительный борт, но когда будет не кто не знает и снова ждут следующего рейса по расписанию.

И тут встречаю Евгению Петровну.

— Ну что, путешественник, сегодня не попал?

— Нет. Пришёл на подсадку, но мест не оказалось.

И неожиданно слышу:

— Будь здесь. Если получится, тебе поможем. Может, на нашем полетишь.

Вот за такие моменты я и люблю путешествия. Ты приезжаешь совершенно один, а потом незнакомые люди начинают помогать тебе двигаться дальше.

Пока ждал, успел попрощаться с Алексеем Викторовичем и Натальей Леонтьевной.

— Ты хотел ещё съездить в Лорино?

— Если сейчас получится улететь — то полечу. Значит, будет ещё один повод вернуться сюда.

Наталья Леонтьевна вручила мне подарки в дорогу.

И вот наконец: «Никита, готовься. Тебя берут».

Через несколько минут я уже в самолёте.

Взлёт.

Подо мной море смотрю в иллюминатор и вдруг понимаю — мы летим совсем не туда.

Включаю навигатор.

Снова смотрю в иллюминатор.

И тут у меня появляется детская улыбка.

Остров Ратманова! 🇷🇺

Я несколько дней назад любовался им с мыса Дежнёва, а теперь лечу вдоль острова и вижу его сверху.

Остров Ратманова — самая восточная точка России. Это суровый скалистый остров в Беринговом проливе, длиной около 9 километров. Постоянного гражданского населения здесь нет: сейчас на острове находятся пограничная застава и полярная станция.

Когда-то здесь жили эскимосы, но в 1948 году оставшихся жителей переселили на Чукотку. Сегодня остров выглядит почти безлюдным — только суровая природа, ветер, море и люди, которые несут здесь службу.

А напротив, всего через четырёх километров, находится остров Крузенштерна — уже территория США.

Между ними проходит государственная граница и линия перемены дат. Поэтому возникает почти фантастическая картина: острова находятся совсем рядом они одного архипелага, но между ними огромная разница во времени — до 21 часа.

Я смотрю на всё это из иллюминатора и думаю:

«Вот ради таких моментов я и отправился на Чукотку».

Но после красивого полёта меня ждал новый квест.

Посадка в аэропорту пгт Угольные Копи.

Покупаю билет дальше. До следующего вылета ещё около 14 часов.

Значит, теперь задача №1 — найти, где переночевать.

Начинаю обзванивать жильё.

10 номеров.

И везде один ответ:

«Мест нет».

И тут сотрудник аэропорта спрашивает:

— Такси нужно?

— Мне бы жильё на ночь найти.

Он предлагает вариант за 3000 рублей. Нужно немного подождать — скоро должен приехать ещё один человек.

Пока жду, знакомлюсь с таксистом Михаилом. Ему 70 лет, около 40 лет он живёт на Чукотке. Когда-то приехал сюда за сёстрами с Украины. Сёстры уехали, а он остался.

Мужчина передвигается на костылях, но продолжает работать таксистом и жить своей жизнью.

Разговор зашёл о Чукотке и о том, как менялся регион. Я спросил Михаила, что изменилось при губернаторе Романе Абрамовиче.

Он сразу сказал:

— Ты его не трогай.

Я улыбнулся:

— Да я и не трогаю. Плохого не говорю. Наоборот, знаю, что многие ему благодарны. Мне просто интересно, что изменилось.

И Михаил рассказал, что до этого периода люди, по его словам, могли менять даже трёхкомнатные квартиры на два билета, лишь бы уехать с Чукотки. После изменений ситуация стала другой — он считает, что Абрамович многое сделал для людей и региона.

Вот такие разговоры и остаются в памяти путешественника. Не статистика из интернета, а история человека, который прожил здесь около сорока лет.

А потом едем в район, где стоят пустые, разрушенные дома. Вокруг — тишина.

Привезли к дому, где стоят шесть домов и все остальные пустующие. Вспоминаю Воркуту.

Меня заводит хозяин в квартиру и говорят:

«Скоро вернусь».

Я стою и думаю: уйти? Но куда? Где тогда ночевать — на улице? В голове всё смешалось. Настроение резко упало. Связь не ловит, интернета нет — и ты словно оказываешься в тупике.

Через некоторое время хозяин пришёл и дал доступ к интернету. Я сел, немного выдохнул и начал заново прокручивать в голове свой маршрут.

«Какой теперь смысл идти дальше, если всё складывается вот так?»

В тот момент я впервые за всё путешествие почувствовал не усталость, а настоящую растерянность.