Легенда о Гуамском ущелье - Сказка, что рассказывают у костра

Давным-давно, когда горы были молодыми, жили в Гуамском ущелье два ветра.

Северный ветер — она. Холодная, с длинными волосами цвета первого снега и глазами, синими, как зимнее небо над вершинами. Она пахла сосновой смолой, морозной свежестью и чем-то ещё - тем неуловимым ароматом, от которого у путников сладко щемило сердце и хотелось жить вечно. Говорили, что тот, кто хоть раз вдохнёт её запах, уже никогда не сможет его забыть.

Южный ветер — он. Горячий, порывистый, и с такими же пронзительно-голубыми глазами — будто само небо решило отразиться в них и остаться навсегда. Он пах полынью, спелыми абрикосами и далёким морем. Его дыхание обжигало, но в глубине этого огня таилась нежность, о которой он сам не подозревал.

Они встретились в ущелье — там, где северный склон целуется с южным. Она прилетела с ледников, он — из знойных долин. Их потоки столкнулись, и вместо бури случилось чудо.

Она коснулась его щеки своим прохладным дыханием — и вместо того, чтобы остудить, согрела его своим невидимым теплом. Он обнял её своим горячим потоком — и вместо ожога подарил ей блаженную прохладу. Они закружились в танце, и в этот миг оба поняли: они созданы друг для друга. Её холод и его жар слились в идеальную гармонию.

Но духи гор, спавшие в скалах, сказали:

— Север должен оставаться на севере. Юг — на юге. Таков закон равновесия. Если вы смешаетесь — рухнет мир.

Они воздвигли невидимую стену посередине ущелья. Ветры могли видеть друг друга сквозь неё, могли слышать дыхание друг друга, но не могли коснуться. Она проводила дни у северных скал, он — у южных, и оба умирали от тоски.

Тогда они пришли к старому колдуну, который жил в пещере под корнями древнего дуба.

— Я могу снять запрет, — сказал он, выслушав их. — Но у всего есть своя цена. Вы потеряете вечность. Станете смертными. Проживёте всего одну весну вместе — а потом рассыплетесь в пыль, и даже памяти о вас не останется.

Она посмотрела в его голубые глаза. Он — в её, такие же синие, как у него. Они видели друг в друге отражение собственной души.

— Лучше одна весна в его объятиях, чем вечность в одиночестве, — прошептала она.

— Лучше один миг с ней, чем тысячи лет пустоты, — сказал он.

Колдун вздохнул. Стена исчезла.

В тот же день они впервые спустились в ущелье вместе. Они кружились, смеялись, переплетали свои потоки и целовались. И там, где проходил их танец, распускались цветы, таяли ледники, а воздух наполнялся таким счастьем, что даже старые камни начинали светиться изнутри.

Время их было недолгим. Чувствуя, что силы уходят, они пришли к колдуну с последней просьбой.

— Дай нам один день в человеческом обличье, — попросили они. — Чтобы мы могли оставить людям не только ветер, но и слова.

Колдун исполнил их желание. И вот однажды утром на тропе появились Она и Он.

Она — высокая, стройная, с длинными светлыми волосами, струящимися как зимний иней, и огромными голубыми глазами, в которых можно было утонуть. От неё исходил тот самый аромат — сосновой смолы, первого снега и чего-то неуловимо родного, от чего перехватывало дыхание.

Он — широкоплечий, с выгоревшими на солнце волосами и такими же голубыми, как у неё, глазами. От него пахло полынью, абрикосами и горячим ветром далёких стран.

Они шли по ущелью, взявшись за руки, и каждый камень, казалось, узнавал их.

На тропе они встретили детей — мальчика и девочку с берестяным лукошком, полным лесной клубники. Дети, не ведая, кто перед ними, почувствовали что-то родное и необъяснимое.

— Дяденька, тётенька, угощайтесь! — крикнули они, протягивая ягоды на ладошках.

Они опустились к детям. Клубника была сладкой, с кислинкой, пахла летом и детством.

Они ели и плакали — потому что знали: это их первый и последний пир среди людей.

— Запомните этот вкус, — прошептала она, и её голос был как звон весенней капели. — Когда мы уйдём, расскажите людям. Пусть знают: даже если запрещают — любите.

— А ещё, — добавил он, и его голос был как тёплый ветер с моря, — скажите, что Гуамка — это не просто ущелье. Гу — сердце. Мэ — его запах. Мы оставляем вам свой запах. Клубничный, сосновый, горячий. Чтобы вы никогда не забывали.

К вечеру их человеческий облик растаял. Они снова стали ветрами — такими же невидимыми, но уже не бессмертными.

Они прожили вместе всего одну весну. А потом — как обещал колдун — начали слабеть. Она больше не приносила холода — только тёплую грусть. Он потерял силу — стал едва тёплым.

Однажды утром они легли на дно ущелья — рядом, сплетясь невидимыми потоками. И затихли навсегда.

Но перед этим их последнее дыхание впиталось в камни. В каждый известняк, в каждую трещину, в каждый мох.

Дети выросли. Они рассказали эту историю своим детям. Те — своим.

И до сих пор, если приехать в Гуамку и прижаться щекой к холодной скале, можно почувствовать тот самый запах. Сладкий. Горький. Щемящий.

Это Северная девушка и Южный парень всё ещё любят друг друга. Они ушли, но их аромат живёт и сегодня.

Гуамка. Запах сердца, которое выбрало любить — даже если остался всего один миг.

Приезжайте. Прижмитесь. Вдохните.

Вы почувствуете!

"Курджипс"
Къужъы- груша - Псы - вода

"Гуамка"
Гу - сердце
Мэ - запах

#Гуамское_ущелье
#Горы
#Апшеронск
#Майкоп